О нас пишут
Nov. 10th, 2011 11:09 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
ymarkovВзято отсюда.
Наша лаборатория выглядит, как сборочный цех персональных компьютеров после урагана или как мечта малолетнего хакера-маньяка: огромный зал, наверное, в сто пятьдесят квадратных метров, ограниченный серверными стойками и гипсокартонными стенами, а пол и столы внутри этого зала усеяны персоналками, пицца-боксами и просто материнскими платами на различных стадиях законченности сборки. Всё это подключено к электричеству, тасует петабайты данных туда-сюда и весело мигает светодиодами. Над обнажёнными печатными платами установлены вентиляторы, чтобы остужать постоянно работающие процессоры. Вдоль стен зала протянуты километры проводов и оптоволокна, в углу притулился паяльник с микроскопом для издевательств над чипами, ещё есть тестовая станция с осциллографом, на которой сейчас гоняют прототип нового процессора. Зал открыт взорам снаружи, но внутрь можно войти только через один проём в ограничивающей его по периметру низкой стене.
Так вот, основную проблему я уже назвал. Обнажённые печатные платы. Часто под напряжением. В Израиле, где каждый второй день — пылевая буря, а каждый первый носит синтетику. Статическое электричество — великая штука, особенно если речь идёт о какой-нибудь нежной плате стоимостью в месячный заработок. Берёшь плату в руки, чувствуешь лёгкое покалывание в пальцах и понимаешь, что кушать в следующем месяце ты не будешь.
Начальство озаботилось высоким процентом потерь деталек. Обязать всех работников, имеющих доступ в лабораторию, каждый раз при входе надевать электростатический браслет нереально. Часто в лабораторию нужно заскочить только на минутку, для того, чтобы переподключить оптоволокно из одного гнезда в другое; надевание этого браслета потребует больше времени, чем выполнение операции. Устроить тамбур-токосъёмник тоже невозможно: для этого просто нет места. Какие ещё есть варианты? А подешевле?
И тут на помощь пришла религия. На вход в зал-лабораторию повесили мезузу, которую традиция требует потрогать, в металлическом футляре. И заземлили его.
Как мне подсказывают, в научно-исследовательском центре одной крупной компьютерной фирмы в Дублине была точно такая же проблема. Ирландцы поставили прямо напротив входа в лабораторию крошечный алтарь с распятием, а у проёма поставили чашу со святой водой. Металлическую и заземлённую, конечно.
Наша лаборатория выглядит, как сборочный цех персональных компьютеров после урагана или как мечта малолетнего хакера-маньяка: огромный зал, наверное, в сто пятьдесят квадратных метров, ограниченный серверными стойками и гипсокартонными стенами, а пол и столы внутри этого зала усеяны персоналками, пицца-боксами и просто материнскими платами на различных стадиях законченности сборки. Всё это подключено к электричеству, тасует петабайты данных туда-сюда и весело мигает светодиодами. Над обнажёнными печатными платами установлены вентиляторы, чтобы остужать постоянно работающие процессоры. Вдоль стен зала протянуты километры проводов и оптоволокна, в углу притулился паяльник с микроскопом для издевательств над чипами, ещё есть тестовая станция с осциллографом, на которой сейчас гоняют прототип нового процессора. Зал открыт взорам снаружи, но внутрь можно войти только через один проём в ограничивающей его по периметру низкой стене.
Так вот, основную проблему я уже назвал. Обнажённые печатные платы. Часто под напряжением. В Израиле, где каждый второй день — пылевая буря, а каждый первый носит синтетику. Статическое электричество — великая штука, особенно если речь идёт о какой-нибудь нежной плате стоимостью в месячный заработок. Берёшь плату в руки, чувствуешь лёгкое покалывание в пальцах и понимаешь, что кушать в следующем месяце ты не будешь.
Начальство озаботилось высоким процентом потерь деталек. Обязать всех работников, имеющих доступ в лабораторию, каждый раз при входе надевать электростатический браслет нереально. Часто в лабораторию нужно заскочить только на минутку, для того, чтобы переподключить оптоволокно из одного гнезда в другое; надевание этого браслета потребует больше времени, чем выполнение операции. Устроить тамбур-токосъёмник тоже невозможно: для этого просто нет места. Какие ещё есть варианты? А подешевле?
И тут на помощь пришла религия. На вход в зал-лабораторию повесили мезузу, которую традиция требует потрогать, в металлическом футляре. И заземлили его.
Как мне подсказывают, в научно-исследовательском центре одной крупной компьютерной фирмы в Дублине была точно такая же проблема. Ирландцы поставили прямо напротив входа в лабораторию крошечный алтарь с распятием, а у проёма поставили чашу со святой водой. Металлическую и заземлённую, конечно.
