Every book is autobiographic and this one is no exception. It actually began about half a century ago, when my grandfather, Joseph Faur, would tell me tales about Sepharad (Jewish Spain and Portugal), the wisdom and splendor of its academies and sages, and the beautiful houses and gardens bursting with flowers, sun, and songs. From him I first heard about the foes and friends of the Jews, and about the anusim (the forced), the conversos(converts) to Christianity. I quickly learned that some were good and noble, and others treacherous and wicked; all, however, were Jews. A Friday afternoon, when I must have been ten or twelve, I heard in the synagogue Rabbi ben-Lolo telling Rabbi Isaac Mohadeb, "Who do you think the ten lost tribes behind the [mystical} River Sambation are? These are the anusim that one day will cross the River and join us." |
Каждая книга является автобиографической, и эта не исключение. Она началась примерно полвека назад, когда мой дед, Иосиф Фаур, рассказывал мне истории о Сфараде (еврейская Испания и Португалия), о мудрости и великолепии его академий и мудрецов, и о прекрасных домах и садах, полных цветов, солнца, и песен. От него я впервые услышал о врагах и друзьях евреев, а также об анусим (принуждённых), новообращенных (исп. конверсо) в христианство. Я быстро узнал, что некоторые из них были хорошими и благородными, а другие – коварными и злыми; все, однако, были евреями. Однажды в пятницу днем, когда мне, должно быть, было десять или двенадцать, я слышал, как в синагоге Рабби бен-Лоло сказал Рабби Исааку Мохадебу: «Как вы думаете, кто эти десять потерянных колен за [мистической] рекой Самбатион? Это анусим, которые когда-нибудь перейдут эту Реку и присоединятся к нам.» |
The Judaism that I know and practice is the Judaism of my grandfather. This Judaism had already vanished by the time he had left his native Damascus, at the heart of the Ottoman empire, and settled in Buenos Aires. It still lingered, however, in the memories of some of the men and women of his generation, who, as youngsters, witnessed the glory of Sepharad as reflected in the lives, books, and ideas of their elders. In a sense, we lived in a science-fiction world. Outside, we shared the culture and values of the Europeanized Sephardim intertwined with those of the old Buenos Aires. But upon entering into the house and speaking to our grandparents, the outer world vanished, and we joined a time zone inhabited by people and places belonging to a different epoch and a different realm. Indeed, we were bicultural, and knew how to proceed rapidly from one time zone to the other. As years passed by, I came to value more and more the time zone of Sepharad. Occasionally I felt about our contemporary setting as one stranded in a time zone not his, forced to dwell among dreamlike creatures of fictitious shapes and dimensions. The following chapters are an attempt to present to the educated public a corner of that special world of Jews and conversos that I first entered as an infant holding onto my grandfather's hand. |
Иудаизм, который я знаю и практикую – иудаизм моего деда. Этот иудаизм уже исчез, когда он покинул свой родной Дамаск, в центре Османской империи, и поселился в Буэнос-Айресе. Тем не менее, он всё еще оставался в памяти некоторых мужчин и женщин его поколения, которые, будучи подростками, были свидетелями славы Сфарада, отраженной в жизни, книгах и идеях их старейшин. В каком-то смысле мы жили в научно-фантастическом мире. Внешне мы разделяли культуру и ценности европеизированных сефардов, переплетавшихся с культурой старого Буэнос-Айреса. Но при входе в их дом и разговоре с нашими бабушками и дедушками внешний мир исчезал, и мы оказывались в часовом поясе, населенном людьми и местами, принадлежавшми к другой эпохе и другой сфере. Мы были реально двухкультурными и знали, как быстро перейти из одного часового пояса в другой. По ходу лет я все больше ценил часовой пояс Сфарада. Иногда я ощущал нашу современную обстановку, как человек, застрявший в чужом часовом поясе, вынужденный жить среди сказочных существ фиктивных форм и размеров. Следующие главы представляют собой попытку представить образованной общественности уголок этого особого мира евреев и конверсо, в который я впервые вошёл младенцем, держа руку моего деда. |
Выдержка из статьи Р’ Йосефа Фаура «Основные принципы еврейской юриспруденции» | An excerpt from R’ Jose Faur’s article The Fundamental Principles of Jewish Jurisprudence |
II. Источники Закона | II. THE SOURCES OF THE LAW |
В раввинистической юриспруденции законы разделяются на категории де-орайта, де-раббанан, и диним муфлаим. Законы де-орайта (из Писания) содержатся в Завете. Караимы (еврейская секта, процветавшая в 8-м веке н.э.) полагали, что все законы надо выводить напрямую из текста Библии. В нормативном иудаизме законы Писания известны и передаются устной традицией, содержащейся в Талмуде и преподававшейся Гаоним – главами вавилонских академий. Цель Библии – культурное и духовное наставление, а не юриспруденция. Эти “законы Писания” формируют конституцию еврейского народа и (как сказано ранее) не требуют провозглашения. Хотя в некоторых ситуациях суд может временно приостановить действие этих законов (за исключением закона против идолопоклонства), отменить их нельзя. | In Rabbinic jurisprudence, law is classified into De-'Oraita, De-Rabbanan, and Dinim Mufla'im. De-'Oraita (Scriptural),are the laws contained in the Covenant. The Karaites, a Jewish sect flourishing in the eighth century C.E., maintained that all laws are to be deduced directly from the text of the Bible. For normative Judaism, scriptural laws are known and transmitted through the oral tradition as that is contained in the Talmud and taught by the Geonim (singular, Ga'on, Eminence), or heads of the academies in Babylonia. The object of the Bible is cultural and spiritual edification, not jurisprudence. These "scriptural" laws form the legal constitution of the Jewish people and, as mentioned before, require no promulgation. Although the court can temporarily suspend these laws (with the exception of the law against idolatry) in certain circumstances, the laws cannot be abrogated. |
Законы де-раббанан (раввинские) – это законы, провозглашённые раввинскими судами, т.е. судебной властью. Поскольку эти законы требуют провозглашения, другой суд может отменить их. Согласно Рамбаму, поскольку право провозглашать новые законы происходит д’орайта, раввинские постановления в основе своей есть законы завета. Единственная фундаментальная разница между законами де-орайта и де-раббанан – то, что последние требуют провозглашения и могут быть отменены, а первые отмене не подлежат. Различия между законами Писания и раввинскими законами были установлены раввинами же, и посему не являются частью исходных законов Завета. | De-Rabbanan (Rabbinic) are the laws promulgated by the Rabbinic courts (i.e., the Judiciary). These laws, which require promulgation, can therefore be abrogated by another court. According to Maimonides, since the judicial authority to promulgate new laws is De-'Oraita, Rabbinic enactments are basically covenantal laws. The only fundamental difference between De-'Oraita and De-Rabbanan is that the latter requires promulgation and can be abrogated whereas the former is not subject to abrogation. The differences separating scriptural laws from Rabbinic legislation were established by the Rabbis themselves, and they were not part of the original covenantal laws. |
Диним муфлаим (неопределённые законы) – это элементы законов завета, не определённые устной традицией; их определение – исключительное право судебной власти. Поскольку абсолютных правил в этой области не существует, решение суда не может быть опротестовано “даже если они говорят тебе, что левое справа и наоборот”, то есть даже если оно противоречит чьему-то личному взгляду на то, как надо решать такие вещи. Аргументы, приводимые юристами при дебатировании их личных взглядов, носят риторический характер. Конечная цель дискуссии этого типа – не доказать на научный, объективный манер, а убедить. Взгляды принимаются и отвергаются по результатам голосования, а не по некоему критерию верной интерпретации. После принятия определения оно становится правовой интерпретацией закона. Большая часть талмудических дискуссий, использующих толкование Библии, занимается именно диним муфлаим. | Dinim Mufla'im (Undefined Laws) are the elements of the covenantal laws not defined by oral tradition and definition of which is the exclusive right of the judiciary. Since there are no ab-solute guidelines in these issues, the decision of the court cannot be challenged "even when they tell you that your left is the right and your right is the left," that is, even when in disagreement with one's own view on how these issues ought to be defined. The arguments advanced by the jurists when debating their individual views are of a rhetorical character. The ultimate purpose of this type of discussion is to convince, rather than to demonstrate in a scientific, objective fashion. Views are accepted or rejected on the basis of a majority vote rather than by some "criterion of true interpretation."' Once a definition is accepted, it becomes the legal interpretation of the law. Most of the Talmudic discussions which use biblical exegesis concern Dinim Mufla'im. |
В некотором смысле диним муфлаим находятся между двумя другими категориями законов. С одной стороны, они зависят от законодательства, как законы де-раббанан; поэтому они требуют провозглашения судом и могут быть отменены другим судом. Более того, судебная власть может оговаривать условия и предоставлять исключения, недопустимые для законов Писания. С другой стороны, поскольку диним муфлаим определяют параметры законов Писания, они влияют на законы де-орайта и поэтому приобретают статус законов, которые определяют. Например, выражение “взять жену” в Писании считается основой свадебной церемонии, принятой у евреев со времён Мудрецов. Поскольку эта церемония определяет элемент закона Завета, её исполнение заключает брак во полном юридическом смысле слова. Однако, поскольку эта церемония была установлена не Заветом, а судебной властью, суд может расторгнуть этот тип брака. […] | In a sense Dinim Mufla'im is a middle term between the two other classes. On the one hand, like the laws De-Rabbanan, these laws depend on legislation. They therefore require promulgation by the court and can be abrogated by another court. Further- more, the judiciary can make stipulations and grant exceptions that would be inadmissible in scriptural laws. On the other hand, since the Dinim Mufla'im define scriptural laws, they affect the laws De-'Oraita and thus acquire the status of the laws that they are defining. For example, the scriptural expression "to take a wife" is taken as the basis for the wedding ceremony current among Jews since Rabbinic times. Because this ceremony defines an element of the covenantal law, upon the performance of this wedding the parties are duly married according to the full meaning of the law. Since this ceremony was not defined by covenantal law but rather by the judiciary, however, the court has the power to annul this class of matrimony. […] |
Законы каждой категории служат своей цели. Де-орайта есть основа правительства, полномочий, и национального суверенитета; тот факт, что эти законы сохраняют силу даже в отсутствие территории, обеспечивает национальную автономию даже после краха государства. В эффекты этой категории законов, которые не может отменить даже высшая власть, входят юридическая стабильность, основные права человека, и сдерживание произвола власти. Задача же диним муфлаим – адаптация к политическим, экономическим, и общественным условиям каждой исторической ситуации. Интерпретация неопределённых элементов Завета приспосабливает законы Писания к новым условиям. […] | Each of these classes of law serves a specific purpose. De-'Oraita is the basis of government, authority and national sovereignty; the fact that this class of law is valid even without territorial integrity assures national autonomy even after vanquishment of the State. Legal stability, the basic rights of the individual, and a check on arbitrariness and abuse of power are some of the effects of this class of law, which cannot be altered by a "superior authority." The purpose of Dinim Mufla'im, however, is to meet the political, economic and social conditions peculiar to each historical situation. Through the interpretation of the undefined elements of the Covenant, the laws of the Scripture are adapted to the new circumstances. […] |
(Знаменитая библейская фраза “глаз за глаз”, которую Мудрецы интерпретировали как требование денежной компенсации, является примером того, как закон Писания был интерпретирован в соответствии с понятиями того времени.) | (The famous biblical passage "an eye for an eye,"' interpreted by the Rabbis to mean monetary compensation, is... [an] instance in which scriptural law was interpreted to reflect the sensitivities of the times.) |
Журнал международного права и политики Нью-Йоркского Университета, вып. 12, 1979-1980 | N.Y.U. Journal of International Law and Politics, Vol. 12, 1979-1980 |
| Заключительные абзацы статьи Рабби Йосифа Фаура “Одномерный еврей, нулемерный иудаизм” | Final paragraphs of R' Jose Faur's "One-Dimensional Jew, Zero-Dimensional Judaism |
| Тора является весьма сложной системой. Формально она содержит 613 заповедей (мицвот). Каждая из них – нечто вроде “общего системного принципа”, разворачивающегося в разные области познания и различимые уровни сознания. В отличие от слоя возможностей, ни один отдельно взятый человек не может исполнить их все. Действительно, Тора была дана “клаль Исраэль” (общности Израиля) – а не отдельным личностям – потому, что Тора, будучи общей системой, может быть выполнена только коллективно, сплочённой командой. Выражаясь языком Писания, мы должны “служить Ему единым плечом” (Цефания 3:9). | The Torah is a highly complex system. Formally, it contains 613 commandments (m 'Mot). Each is a kind of "general system principle" unfolding into different fields of interest, distinct levels of conscious- ness. Unlike strata of opportunities, these cannot be fulfilled by a single individual" Indeed, the Torah was given to Kelal Israel (the Totality of Israel) - not to individuals - because the Torah, as a total system, can only be fulfilled collectively, as a close-knit crew. We should, in the language of the Scripture, "serve him with a single shoulder" (Zeph. 3:9). |
| Из этого подхода следуют некоторые последствия. Поскольку один индивидуум не может выполнить всю Тору, то, выполнив одну заповедь (мицву), он принял участие в Завете (брит) и поэтому является “религиозным” человеком – была ли это заповедь “почитай родителей” или “не лови птицу с её птенцами” и т.д. Разнообразие мицвот столь велико и возможностей их исполнения столько, что весьма трудно найти даже одного еврея, который за свою жизнь не выполнил хотя бы одну заповедь Завета. Это – фундаментальное положение еврейской веры. Оно было сформулировано Р. Хананией бен Акашья (второй век) и содержится в весьма популярной сентенции Мишны (Макот 3:17), которую обычно произносят после изучения Пиркей Авот, перед кадишем. Она провозглашает, что Тора содержит великое разнообразие “учений и заповедей” потому, что Бог хотел “обеспечить народу Израиля заслуги” (ле-закот эт Исраэль). Маймонид объяснил это так (Пируш ѓа-Мишнайот там же): | There are several consequences to this view. Since it is not possible for a single individual to fulfill the Torah in its entirety, if one had fulfilled a single commandment she or he has participated in the berit and therefore is "religious" - no matter whether that misvah is "honoring one's parents," or "sending the bird away before taking her nestling," etc. The diversity of commandments is so great and the opportunities so many that it would be difficult to find a single Jew who in the course of his or her life had not fulfilled at least one of the misvot of the berit. This is a fundamental article of Jewish faith. It was formulated by R. Hananya ben Aqashya (second century) and is contained in a most popular Mishnah-passage (M. Mak. 3:17), usually recited when concluding Pirqe Abot, before saying the Qaddish. It proclaims that the great variety of "instruction and commandments" contained in the Torah is because God wished "to warrant Israel merit (le-zakkot et Israel)." Maimonides explained: |
“Одно из фундаментальных вероположений Закона – что человек, исполнивший (хотя бы) одну из 613 заповедей удовлетворительно и как полагается, вне связи с каким-нибудь низменным намерением, а чисто ради неё самой, из любви… этот человек приобретает право на жизнь в Мире Грядущем. Р’ Ханания учит, что великое разнообразие заповедей обеспечивает каждому возможность в течение своей жизни исполнить (хотя бы) одну (заповедь) идеально.” | It is one of the Law's fundaments of faith, that if a person had executed [even] one of the 613 commandments of the Law, in a proper and satisfactory manner, without associating with it some mundane designs at all, but did it for its own sake, as [an act of] love... that person has gained the rights to the life in the World to Come. R. Hananya is teaching that the great variety of commandments assure that during the whole course of one's life a person would have the opportunity to perfectly fulfill [at least] a single [commandment]. |
| Следовательно, нынешнее деление на “религиозных/светских” (дати/хилони) противоречит фундаментальным понятиям Торы: это ещё один случай духовной ассимиляции нееврейских концептуальных моделей. Разнообразие мнений и подходов среди евреев следует не просто терпеть (собланут), а ценить, ибо мои личные действия обретают значимость и связность только путём динамического общения всех членов команды. | It follows that the current division of "religious/secular" (dati/hiloni) is contrary to the fundaments of the Torah: another instance of spiritual assimilation to non-Jewish conceptual models. The diversity of views and attitudes prevalent among Jews warrants appreciation, rather than soblanut (tolerance), because it is only through the dynamic interaction of all the members of the team that my acts gain meaning and coherence. |
- Dr. Jose Faur, "Monolingualism and Judaism"
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
timeasmymeasure
