ymarkov | "Лучше всего, конечно, 157 звёздочек"

Широка страна моя Америка, широка и весьма разнообразна. Это одна из причин, по которой отцы-основатели выбрали для неё республиканскую форму правления по системе относительного большинства и упором на права географических меньшинств. Последняя цель преследуется, в частности, предоставлением каждому штату двух и только двух сенаторов вне зависимости от численности населения.

Естественно, сторонники пропорционального представительства спят и видят, как бы это ущучить всякие Нью-Хэмпширы и Делавэры и прочую мелочь пузатую, дабы Нью-Йорки и Калифорнии могли спокойно собачиться с Техасами за Флориду :-) Но такие предложения, понятно, зарубят на корню если не представители, то сенаторы из этих самых пузатых мелочей.

Но вот нашёлся/лась в Гарварде смелый/ая и находчивый/ая анонимный/ая студент/ка с опубликованным в январском номере Harvard Law Review рацпредложением: раз мешают сенаторы от мелочи, давайте создадим такую же мелочь в правильном месте, да и продавим реформу представительства! Специфический рецепт: Конгресс законодательно сужает территорию округа Колумбия до участка, включающего в себя Конгресс и Белый Дом, а остальной Вашингтон нарезает по районам, так, чтобы все эти Мичиган-Парки, Калорамы, и прочие Тринидады стали каждый штатиком с одним конгрессменом и двумя сенаторами, всего 127. Тогда сенаторов станет 354, и уж они-то примут программу-максимум:

Замена Сената на некую палату, представляющую всех граждан равно;

Раздутие Палаты Представителей настолько, чтобы каждый представлял одинаковое количество народу;

Замена Коллегии Выборщиков на популярные выборы президента;

Замена процедуры ратификации поправок к Конституции на какую-нибудь другую, так, чтобы будущие поправки ратифицировались штатами с большинством населения.

Мой немладший, услышав эту идею, тут же фыркнул: "Чего? Да мы тогда мигом разделим Техас на триста штатов, и пирамидон!" Вопрос того, с какого перепугу сенаторы от мелких штатов пойдут на такую нарезку округа Колумбия, в статье тоже не поднимается. Но красиво, а?